известно три этапа развития бизнеса
— в центре материальное производство — покупают продукт
— в центре сервис — покупают гарантии, сопровождение, обслуживание
— в центре впечатление — покупают эмоции

важно, что будет дальше
а дальше будет
— в центре вовлечение — покупают ценности, разделенность, совместность, образ жизни

это дальше начнется где раньше, где позже
но массово лет через 5-10 этот мир окажется вокруг нас

P.S. новый тэг, что ли завести про будущее?

в течение этих полутора лет мы не собирались на сессию — но это не значит, что работа не проводилась вообще

прямым следствием этой работы становится Семинар «Института Будущего» работу, которого мы запускаем в этом году
который сосредоточиться на двух аспектах будущего
— создание привлекательных образов/миров/профилей/стилей жизни — таких, что станут привлекательными для больших групп населения, а значит отдельные компании, предприниматели смогут делать под эти образы продукты и предлагать услуги
например в Атласе новых профессий в разделе Медиа уже появилась профессия — продюссер смыслового поля

— коллективная/совместная разработка стратегий — как понимание, что отдельный бизнес может быть успешен, только если занимается своей стратегией внутри целой сети контрагентов, партнеров
например я уже полтора года пишу про разные партнерские сети

ниже краткий итого того, что было проделано в 2013-2014 годах

Как читатель увидит, сценарий — это нечто среднее между книгой и фильмом, вышедшим на экран, причем фильм гораздо дальше от книги, чем сценарий. Это и не удивительно, ведь фильм — режиссерское дело, он снимается так, как его видит режиссер, а не автор текста.
Интересно, что сценарный материал разбит на серии совершенно по-другому, чем конечный фильм.

Как можно заметить, постановщик довольно сильно отошел от сценарного текста в тех местах где описывается игра Алисы Селезневой: маленькая хрупкая Наташа Гусева конечно же не смогла бы прыгать выше сетки в волейбольном матче. Правда непонятно, зачем убран вполне «надежный» эпизод с сеансом одновременной игры в шахматы.
Убран достаточно наивный эпизод с «пожиранием мороженого». Вместо него, впрочем, появилась очень театральная сцена «сдачи экспонатов», принесенных из прошлого, роботу Вертеру. Зато сам Вертер, хоть и превратился внешне в человека, получился почему-то «паралитиком». Исчез начисто фокусник, старик Павел из экзотически одетого велосипедиста превратился в обычного пожилого, но еще очень крепкого человека; пришельцы с Альфы Центавра оказались двумя одинаково раскрашенными клоунами. Больше всего пострадали автобусы будущего, превратившись в фанерный силуэт автобуса. Это, на мой взгляд, ухудшения фильма по сравнению со сценарием.

Зато куда красивей представлен эпизод с уничтожением робота Вертера. И появление пиратов обставлено более эффектно: вместо того, чтобы просто вылезти из ящика в человеческом облике, они появляются в виде каких-то эфемерных полумасок не имеющих собственного облика. А это — явный плюс фильму.

К сожалению, совершенно нереальной в фильме получилась сцена, когда Алиса бросилась в погоню за Колей и пиратами: услышать на бегу от козла, что Коля из двадцатого века… Да она уже до выхода добежала, когда козел договорил эти слова!
О том, что Космозо из действительно Космического зоопарка с массой декораций превратился в Парк культуры Сокольники в Москве писалось не раз. В этом вина не режиссера, а киностудии, не давшей денег на постройку декораций. Но все-таки немного жаль, что «шар оранжевый из холодных болот Анкудины» в фильм не попал. И дельфин превратился в очень искусно сделанного высушенного крокодила… А вот почему козел из зеленого стал обыкновенным?! «А мы ведь сначала не поверили, все-таки животное, да еще зеленое». Но — на все это была воля режиссера, который постарался сделать действительно душевный фильм, а не какое-то балаганное представление.

Непонятно, почему Киру Булычеву понадобилось устраивать театр абсурда в больнице: холодно-спокойная медсестра Мария Павловна, третий ботинок… Совершенно справедливо, что все это не нашло отражения в фильме. Вот только жаль, что превращение левого ботинка в правый так и не состоялось…

В фильме практически не отражена жизнь пиратов, видно режиссер, так же, как и Кир Булычев в своей книге, посчитал, что «не стоит тратить время на этих негодяев», хотя автор сценария определенно хотел похохмить над ними: тут тебе и диктаторы в Гондурасе, и «антиквариат» — весьма характерные детали к описанию их психологии.

Во второй части — в наши дни — все гораздо ближе к оригиналу. Это и не удивительно, все-таки снимать нашу жизнь гораздо проще, чем фантазировать и представлять будущее. Впрочем, прыжок из окна на дуб все равно превратился в довольно малопонятное, но гораздо более легко осуществимое в жизни выпрыгивание из окна. Правда, вроде бы, во внутренний дворик школы, но зритель этого увидеть не сможет.